Главная | Регистрация | Вход Приветствую Вас Гість | RSS
Меню сайту
Форма входу
Категорії розділу
Мої статті [32]
політика [447]
оперативно
регіон [1592]
місцеві новини
світ [70]
планета
культура [177]
історія
Пошук
Друзі сайту
Статистика

Онлайн всього: 1
Гостей: 1
Користувачів: 0

Каталог статей


Головна » Статті » регіон

МОНАСТЫРИЩЕ: ПРИРОДНЫЙ ЗАПОВЕДНИК ИЛИ ПАМЯТНИК ИСТОРИИ?
 
МОНАСТЫРИЩЕ: ПРИРОДНЫЙ ЗАПОВЕДНИК ИЛИ ПАМЯТНИК ИСТОРИИ?
 

Есть места на нашей планете, которые притягивают, манят своей таинственностью.

С давних времен и по сей день люди пытаются разгадать их загадку. Но пока не находят ответа на вопрос: чем служили таинственные строения для наших далеких предков? И, наверное, истина не будет установлена никогда...

Одно из таких мест находится в сотне километров от Кировограда в Устиновском районе. Жители окрестных сел хранят о нем легенды и испытывают некое благоговейное почитание, интуитивно чувствуя чудотворность первобытной древности. А профессионалы-историки предпочитают не замечать неудобное и трудоемкое для научных исследований место, дабы в ходе его изучения не понадобилось изменять многое в системе ныне действующих исторических координат. Но от Монастырища (так называют его местные жители) никуда не денешься...

Урочище Монастырище охраняется государством, как памятник природы, однако, по многим причинам не признается рукотворный характер его создания.

«Монастырище (Урочище Монастырище) — ландшафтный заказник общегосударственного значения в Украине. Расположен в пределах Устиновского района Кировоградской области, возле села Завтурове»(«Википедия»).

Монастырище таит в себе загадку и каким-то образом способно влиять на сознание

О Монастырище я впервые услышал именно от однокурсника в средине восьмидесятых прошлого века. Но я, пропустил его слова мимо ушей. Почему-то название Монастырище не вдохновляло. Казалось слишком пресным и обыденным.

Вспомнил я о нем года через два после окончания института, когда уже работал в газете. В то время все свихнулись на всяких загадках: НЛО, барабашки…Некоторые издания, благодаря таким сказкам, миллионные тиражи делали. Вот и наш редактор, дабы не ударить лицом в грязь, решил отдать должное моде и поставил перед каждым журналистом задание: если не отыскать, так хотя бы придумать что-нибудь таинственное и занимательное.

Я тогда еще был молодой, преисполнен амбиций. Байки выдумывать не хотелось. Решил к однокурснику в гости наведаться, посмотреть на чудо, о котором он все уши прожужжал...

Когда я впервые увидел Монастырище, особых эмоций оно у меня не вызвало. Обыкновенная скала в глубокой ложбине на берегу реки. Правда, странным казалось нагромождение камней на ней, но и только. Я слушал увлеченный рассказ однокурсника о том, что это статуи древних богов, а сама скала - рукотворная пирамида, которая, вполне возможно, скрывает под собой несметные сокровища, и мысленно посмеивался над его энтузиазмом. Но слушал внимательно, некоторые мысли даже записывал в блокнот, дабы в дальнейшем использовать их в статье. Истину глаголил однокурсник или нет, материал наклевывался отменный. Пусть даже это - обыкновенная скала. Нафантазировать можно что угодно. Для того и существует удобное понятие - гипотеза. Взяв его на вооружение, любомубредуможно придать вид научности...

Но даже невзирая на полный скептицизм, я не смог отрицать, что на одном из белых камней, устилающих площадь возле скалы, действительно отпечатался след человеческой ступни. Столь же трудно было отрицать, что на полуфабрикате статуи, которая почему-то, если верить словам друга, не была поднята на вершину, сохранились следы опалубки. Пришлось согласиться и с тем, что некоторые изваяния похожи на рукотворные.

Со мной был фотоаппарат, и я отщелкал на Монастырище всю пленку. Когда ее проявил, меня ожидало глубокое потрясение.

Во-первых, получилось всего два кадра: общий вид и крупный план одного из камней. Почему не вышли остальные снимки - непонятно. Видимой причины тому не было. Тем более что получившиеся кадры располагались не подряд. Один - в начале пленки, второй - где-то посредине. Еще больше я удивился, когда отпечатал фотографии. На отснятом камне виднелись четкие очертания вырубленного на нем человеческого лица. Странно, что я не запомнил этот камень и, находясь вблизи,ничего подобного не заметил.

Снимки послужили прекрасной иллюстрацией для материала, который я подал, как сенсацию: сравнил Монастырище с египетскими пирамидами и пирамидами майя,и почти дословно повторил самые невероятные теории Ильи.

После выхода статьи со мной начало твориться неладное. Монастырище снилось каждую ночь. То оно раскрывало предо мной тайники, наполненные несметными сокровищами, то выступало в роли маяка для инопланетных летающих тарелок, то вообще несусветный бред...

Я потерял покой и вскоре пришел к выводу, что кошмары не прекратятся, пока я снова не побываю на Монастырище. Мне удалось убедить редактора, что читательский интерес требует продолжения темы, и он с легкостью предоставил новую командировку.

Правда, по поводу читательского интереса, получалось нечто непонятное. Материал заинтересовал обыденных читателей, тогда как ученые мужи хранили упорное молчание. Я же рассчитывал на обратный эффект, ожидал гневных разоблачительных откликов. Но...

Побывав снова на Монастырище, я отщелкал кодаковскую пленку. С трудом разыскав поразивший меня на снимке камень, я понял, что иногда на фотографии можно увидеть гораздо больше, чем, находясь рядом с объектом. Линии, которые на снимке выглядели четкими и рельефными, на самом граните едва просматривались и их невозможно было заметить, если не искать специально.

Дома я убедился, что на этот раз ни один кадр не пропал. Вот только, когда пришло время забирать готовые снимки, выяснилось, что пленка потерялась.  После этого случая я начал всерьез задумываться о мистическом влиянии Монастырища.

В следующий раз я побывал там лишь полгода спустя. По дороге на 'Таврии' заклинили тормозные колодки, и я полдня проторчал на трассе, тщетно пытаясь устранить поломку, пока не додумался просто-напросто постучать молотком по дискам. Помню, мелькнула мысль, что Монастырище не желает пускать к себе, и я даже подумывал вернуться, но упрямство возобладало. К счастью, постигшая неприятность была единственной.

На этот раз я отснял две пленки, и с ними в дальнейшем ничего не случилось. Вот только снимки получились размытыми и нечеткими.

Впоследствии я неоднократно посещал Монастырище. Просто так. Не по работе, а по желанию. Оно настойчиво притягивало, манило к себе. Я словно заболел им. И всякий раз со мной случалось нечто необычное. То, заблудившись, я неожиданно оказался у самого подножия скалы, хотя местные жители утверждали, что никакой подъездной дороги к Монастырищу не существует. Однажды взял с собой сослуживца. У него, лишь только прибыли к месту, разболелась голова. Объяснить, что случилось, никто не мог. Разве что Илья рассказал одну из легенд, согласно которой, цыгане боятся этого места и обходят его стороной. Сослуживец сознался, что по отцовской линии у него есть цыганская кровь.

Такое признание еще больше меня запутало. К тому времени я уже свыкся с мыслью, что Монастырище таит в себе загадку и каким-то образом способно влиять на сознание, но, как человек, считающий себя здравомыслящим, отгонял смутьянские мысли, пытался отыскать происходящему разумное объяснение. И, за неимением аргументов, успокаивал себя неубедительными доводами о цепочке ничего не значащих случайностей.

Изваяния сумели сохранить сходство с мифическими животными…

Посреди широкой зеленой степи каменистый каньон открывает взгляду удивительную картину. В центре громадная овальная скала, которая с одной стороны омывается рекой Ингул, с другой обрамлена широким круглым амфитеатром. Высота скалы - приблизительно тринадцать, длина - около пятидесяти, ширина - около двадцати метров. Северная, восточная и западная стены - отвесные, южная - пологая. Все сооружение вымощено огромными прямоугольными каменными блоками и по форме напоминает срезанную пирамиду с плоской верхней площадкой. Особенно впечатляют размеры каменных блоков. Возникает вопрос: кто и при помощи каких механизмов вырезал эти глыбы, как передвигал и складывал их? Кстати, на аналогичный вопрос, касательно строения египетских пирамид, однозначного ответа нет до сих пор.

Площадка вокруг строения, шириной около ста метров, вымощена большими белыми камнями, они по своему составу значительно отличаются от материала, из которого сделана сама пирамида. При внимательном осмотре одного из таких камней были выявлены... следы опалубки. Возможно, белые камни площади отлиты из какого-то архаического материала? Более пристальный осмотр подтвердил эту гипотезу. На некоторых камнях у подножия пирамиды были обнаружены отпечатки мужских и женских ступней.

И, наконец, о самом загадочном - об украшениях сооружения. На верхней площадке в разных местах находится множество крупных скульптурных глыб, очень выразительных по форме. Прошло слишком много столетий и даже тысячелетий, ветер, вода, лишайники и время обтачивали камни. Однако они сумели сохранить сходство с мифическими животными. Науке известны подобные скульптурные изваяния древних. Их обычно называют менгирами. Люди, еще не овладевшие искусством ваяния. Искали характерные камни в природе, ассоциируя их с животными или человеком. Недостающие черты придавали камням с помощью неглубокого рельефа или царапин.

За грех прелюбодеяния на Монастырище отсылали монахинь

О Монастырище из поколения в поколение передаются легенды, которые до сих пор рассказывают старожилы. По одной из них в скале спрятаны казацкие (или татарские) клады, а вход в хранилище находится где-то сверху, выход - под водой посреди реки.

Некоторые легенды связаны с местным паном Требиновским, у которого была возлюбленная - сельская красавица. Она забеременела и, избегая людских глаз, в одиночестве жила в одной из пещер Монастырища, как монахиня в келье.

Местные жители рассказывают также, что за грех прелюбодеяния на Монастырище отсылали монахинь, где они каторжным трудом искупали свой грех.

Характерно, что во многих легендах фигурируют именно женщины, отказавшиеся выходить замуж или совершившие грех прелюбодеяния. Именно этот миф является основным в распространенных в Украине легендах о Девич-горах, на которых беременные или неспособные забеременеть женщины изолировались на какое-то время в особых местах под надзором жриц-вещуний. Здесь они лечились травами, энергетическими полями этих мест, совершали культовые обряды.

Старожилы помнят, что когда-то здесь хотели начать строительство монастыря. Возможно, отсюда и происходит название - Монастырище?..

Если бы обломки поднять и реконструировать, получилась бы галерея древних идолов

Путь по белым камням площади к подножию пирамиды представляет S-образную фигуру с овалом скалы в конце. Иначе пройти нельзя: справа и слева либо болото, либо кустарник, либо скалистые обломки.

Подобные спирали, цепляющиеся друг за друга, известны нам в основном по орнаментам трипольской керамики Поднепровья. В начале ХХ века археолог К. Болсуновский высказал мысль о том, что спираль передает образ змея. Со временем эта интерпретация стала привычной. В. Г. Збенович проследил изменение образа от пугающего огнедышащего дракона в раннем Триполье до сказочного крылатого змея, объединяющего небо с землей в конце ІІІ тысячелетия до нашей эры.

В данном случае на верхнюю площадку пирамиды можно попасть лишь с ее южной стороны. Именно здесь находится некое подобие лестницы. Справа и слева подъем сопровождают каменные глыбы. На одной из них примитивно, но четко, как на детском рисунке, «процарапаны» глаза, нос и рот. «Лицо» этого создания размером в человеческий рост. Его тело также изогнуто латинской буквой S.

Среди наиболее интересных находок: рыба (или черепаха?) и... ноги, вероятно, от отсутствующей верхней части скульптуры. Вокруг и внизу у скалы беспорядочно разбросаны крупные обломки камней. Если бы их поднять и реконструировать, получилась бы целая галерея древних идолов (видимо мелкого и среднего рангов, если учитывать место, отведенное им в пантеоне).

Выделяются два плоских овальных камня - у входа и немного подальше. Длина их около четырех метров, ширина - около двух. На одном из них и еще в двух местах на скале найдены каплеобразные углубления одинакового размера, приблизительно 25-30 см в поперечнике и сантиметров 10-15 в глубину. Они очень напоминают посудины со стоком. Так как, вероятней всего, здесь имели место языческие представления, на ум сразу же приходят культовые жертвоприношения. Одним из вариантов принесения жертвы было перерезание наиболее крупных кровеносных сосудов на ее теле и коллективное созерцание вытекающей крови. В представлении древних именно в крови жила душа. Убивая своих врагов, дикари верили, что их богам нужны души жертв, а значит - их кровь. Вероятно, именно для собирания ее и создавались эти сосуды.

Таких капель-углублений - три: одно на плоской большой плите в юго-западной части площадки и два - прямо наверху одного из четырех каменных изваяний пирамиды. Эти же скульптуры являются центром композиции верхней площадки сооружения. Каждая из них, по-видимому, изображала некое животное и была направлена в одну из сторон света, являясь своеобразным компасом-указателем. Животное, смотрящее на юг, очень похоже на быка. Восточное направление ассоциируется со львом. Образ льва, как считают ученые, имеет арийское ведическое происхождение и символизирует выгоревшую под солнцем степь, откровенную власть над просторами и силу. Два других образа пока неясны.

Аналогичное четырехликое божество существует в древнеиндийской традиции. Примерно в 250 году до нашей эры в городе Сарнатхе по велению царя Ашоки была воздвигнута пятидесятитонная монолитная колонна. Она была увенчана капителью из четырех львов. Охраняющих четыре стороны света. Передними лапами львы упираются в 24-спицевые колеса дхарны - колеса человеческой судьбы. Одновременно они символизируют и четыре первоэлемента (огонь, воздух, воду, землю), которые выражены на колонне фигурами коня, льва, слона и быка. В нашем случае животные, обращенные на север и на запад, могут быть слоном и конем.

Подобные древнейшие скульптуры и другие мегалиты (древние громадные каменные сооружения) известны в Европе с середины IV тысячелетия до нашей эры, что дает возможность приблизительно определить временные рамки создания пирамиды. Тогда же в IV-III тысячелетиях до нашей эры, в среднем Поднепровье и Поднестровье существовала культура, называемая в археологии трипольской. Верховное божество трипольцев также изображается на сосудах четырехликим. Академик Б. А. Рыбаков писал по этому поводу: «Космическое божество смотрело своими солнечными очами на юг и на север, на восток и на запад... оно было воистину вездесущим».

Убивали жертвенных животных, а в архаичные времена - людей и готовили еду для богов

В юго-западной части Монастырища находим также углубление со стоком посреди большой плоской каменной плиты. От нее к центру скалы тянется нагромождение камней. Разгадка композиции стала бы гораздо доступнее, если бы удалось сфотографировать ее с воздуха.

Более внимательное разглядывание камней навело на предположение, что это изображение лежащей женщины. Длина скульптуры около 15 метров. На лице линейно обозначены нос и глаза. Подобный стиль изображения человеческого лица встречается все на тех же керамических трипольских сосудах.

Несомненно, здесь имел место культ матери, хранительницы первобытной общины, ее «мирового дерева». Община жила и дышала общими радостями и невзгодами, развивалась. Росла и ветвилась от поколения к поколению. Нам многое известно о занятиях и быте, культовых представлениях трипольцев. Возможно, Монастырище было их крупным святилищем.

Но каково же самоназвание этого народа? Известный востоковед и культуролог Александр Шокало считает временем рождения земледельческой культуры Поднепровья V тысячелетие до нашей эры и называет эту культуру арийской...

В ХХ столетии слово «ариец» закрепило за собой определенное одиозное понятие, а принципы арийской духовной культуры извращены. Однако, арии (вариант - ории) - самоназвание первотворцов аграрной культуры евразийского материка. Вероятным местом ее зарождения можно считать среднее Поднепровье и Поднестровье.

У древних трипольцев-ариев не существовало письменности. Все знания и традиции передавались устно и были записаны лишь в I тысячелетии до н. э. В середине II тысячелетия до н. э. арии расселились на восток и на юг материка, создав две большие ветви: иранскую и индийскую. Индийские письменные источники «Веды» наиболее полно и выразительно донесли до нас основы арийской культуры. В них собраны гимны, магические заклинания, отрывки древних мифов, описание религиозно-бытовых обрядов и религиозных культов. Именно здесь находим описание древнеиндийского культового места. Оно имело вид большой горы с широкой жертвенной площадкой наверху.

Обычай молиться на вершинах гор есть во многих древних культурах. Такие «мировые горы» были в доме (очаг), в поселении (алтарь на центральной площади). Но со временем они перестали удовлетворять потребности больших общин. И тогда возникают межплеменные и межобщинные культовые сооружения, к которым, вероятно, и относилось Монастырище. Где-то поблизости должны быть следы поселений. Обратимся к данным археологов.

На расстоянии приблизительно километра от урочища находится поселение Сабатиновской (XIV-XIIст. до н. э.) и Черняховской (II-IV cт. н. э.) культур. Есть поблизости и скифские курганы (I тысячелетие до. н. э.) Значит, по крайней мере, с середины II тысячелетия до н. э. тут селились люди.

Место для «мировой горы» тщательно выбиралось. Оттуда изгонялись злые духи. Жертвенная площадка сначала была просто земляной горой, которую утрамбовывали. Покрывали сеном и дровами. Для этого использовались природные холмы или же их насыпали вручную. Позже община стала выстилать их камнем или кирпичом.

На северной стороне жертвенной площадки находился алтарь со святыней общины. Перед алтарем размещали жертву и готовили «сому» - возбуждающий божественный напиток, которым потом поили и орошали гору. Трением двух кусков сухого дерева возжигали огонь - «агни» - в центре горы. Затем убивали жертвенных животных, а в архаичные времена - людей и готовили еду для богов. Ее смаковали всей общиной, пили «сому», пели, танцевали и молились. Принося жертву, община как бы вскармливала и поддерживала саму себя, воспроизводя связь действующих членов друг с другом и с умершими предками. «Веды» в понимании ариев, были не только рациональным знанием, но и молитвой с оттенком религиозного возбуждения, экстаза.

«Мировое дерево» общины вырастало из мифической «мировой горы», во чреве которой, по представлению древних, скрывалась первопричина всего - «мировое яйцо». Из него происходило все, и в него уходило все после смерти. Храмовая гора-родительница ассоциировалась с женщиной-матерью, и с «мировым деревом», и с гробницей. Здесь совершались ритуалы, разыгрывались культовые мистерии. Вокруг нее бурлила жизнь. Ее кормили, здесь черпали силы.

Образ «мирового яйца» известен каждому ребенку по древней украинской сказке «Яйце-райце». Согласно повествованию, из мифического яйца возникает весь мир и в него же затем возвращается. Есть ли подобное энергетическое яйцо внутри монастырищенской скалы - сказать трудно. Однако в центре верхней площадки находится полусферическая глыба. Между площадкой и глыбой - щель, шириной около 40 сантиметров, ведущая вглубь горы. Никто не отваживается пролезть в пещеру без специальных приспособлений. Но одно, несомненно: пустота внутри существует.

К сожалению, до сих пор неизвестны подобные археологические памятники на территории Украины, но их существование можно предположить. Академик Б. А. Рыбаков в монографиях «Язычество древних славян» и «Язычество Древней Руси» приводит описание таких жертвенников более позднего времени, обнаруженных на территории современных славянских государств. Он отмечает, что тема эта практически не изучена и находки такого рода являются случайными. А потому дальнейшее исследование такого уникального сооружения, каким является Монастырище, вне всякого сомнения, должно сослужить большую услугу исторической науке. Возможно, такие исследования помогут заполнить имеющиеся белые пятна в научных трудах о развитии человеческих цивилизаций.

Вместо эпилога

Сейчас Монастырище совсем не то, каким было в конце восьмидесятых прошлого века, когда я посетил его впервые.

Тысячелетние камни никуда не делись, да и ландшафт остался неизменным. Вот только нечто значимое в его ауре, как на мой взгляд, потерялось. Сейчас в урочище не ощутить вековой тишины, которая тысячелетиями царила над развалинами языческого капища, а уединиться можно разве что с помощью медитации.

В последнее время Монастырище стало своеобразной Меккой для религиозных сект или просто кружков по интересам, члены которых проводят на скале лишь им понятные обряды. Возможно, в этом и нет ничего плохого, однако надписи-граффити на гранитных глыбах, мусор и бутылки под ногами наводят на противоположную мысль. Соответственно, и чувство вины: не слишком ли много писал о Монастырище, возможно, лучше бы о нем не знали?

Успокаивает лишь мысль о том, что Монастырище — действительно энергетически сильное место. Оно способно себя защитить и, выстояв тысячелетия, нынешних вандалов и переживет. Хотя бы отсеивая неугодных, которым там не место, и не допуская их в святая святых.

Недавно пришлось услышать еще одну легенду. О мистическом Стороже, который бродит по капищу и его окрестностями и забирает нерадивых туристов. Сколько таких удалось обуздать, доподлинно неизвестно.

Подозреваю, что легенду придумали местные жители, чтобы уберечь святое для них место и отпугивать потенциальных вандалов. Если это так, искренне им аплодирую. И охотно принимаю выдуманную байку. Потому что каждая легенда имеет право на существование, тем более, если от нее есть реальная польза.

 

 

Олег Бондарь,

Оксана Иващенко.

Категорія: регіон | Додав: sokil (18.10.2015)
Переглядів: 182 | Рейтинг: 0.0/0
Всього коментарів: 0
Ім`я *:
Email *:
Код *: